«Смена деятельности — это и есть лучший отдых»

12 июля 2017

Эксклюзивное интервью с Семеном Якубовым — «отцом» команды «КАМАЗ-мастер» 

Есть такое расхожее мнение, что в автомобилестроении, в отличие от хоккея, балета и космонавтики, нам никогда не быть в лидерах планеты. Как-то не приспособлен к этому наш генетический код. Отечественные марки машин даже в самых смелых мечтах никогда не могли конкурировать с «Мерседесом».

Но вот появился человек, который посмел замахнуться на недосягаемое. Поначалу в это мало кто верил, но с историей не поспоришь: Семен Якубов и его «КАМАЗ-мастер» смогли стать лучшими в мире и продолжают ими оставаться.

Пять лет назад Семен Семенович отошел от дел, передав команду Владимиру Чагину. Но ничто не мешает нам сегодня выслушать его исповедь, его фантастическую историю успеха.

«Когда не знаешь, все равно получается лучше, чем когда не можешь»

Основатель команды «КАМАЗ-мастер» Семен Якубов © Егор Алеев, РИА Новости — Семен Семенович, вот вы передали руководство командой Владимиру Чагину… Насколько трудным было это решение? Человек вы активный и, скорее всего, до 90 лет могли бы управлять своим любимым детищем.
— Я бы и до ста смог! Без вопросов. Дело не в возрасте, а в активности — насколько ее хватит. Я поставил перед собой такую цель: проработать до 65 лет и подготовить к этому времени замену. Причин тому было несколько. Но основная заключалась в том, что несменяемость пользы не приносит. 

Во-вторых, молодость — это движущая сила всех процессов. Как у нас говорят: «Если бы молодость знала, если бы старость могла». Так вот, когда не знаешь, все равно лучше получается, чем когда не можешь. Я, конечно, и раньше никогда не был и сейчас не нахожусь в состоянии «не могу». Могу! Но если говорить серьезно, то у каждого молодого человека амбиций гораздо больше. Я так или иначе себя уже реализовал. Для меня мог бы стать настоящим «раздражителем» только абсолютно новый проект, где мне пришлось бы начинать с нуля. 

А в команде все уже отлажено, все готово. И любой, кто возглавит команду, — я или кто-то другой, не имеет значения, — имеет возможность держать состав на линейной скорости. Не разгоняясь и не позволяя тормозить. Мы подготовили уже третье поколение пилотов. Я думаю, что этими пилотами интереснее управлять тому, кто ближе к ним по возрасту.

Я готовил Чагина с тех самых пор, как он пришел в команду в 1988 году. На протяжении многих лет я ездил с ним в одном экипаже, воспитывал его, видел, как много у него энергии и сил. Потом к этому добавился еще и опыт. Поэтому, конечно, я его оставил вместо себя. Он был самым подготовленным. Кроме того, благодаря многочисленным победам у Володи есть имя и вес в спортивном мире. Это тоже очень важно.

А мне… Мне представлялось, что 65 для мужчины — это тот момент, когда он может позволить себе расслабиться.

— Вы смогли расслабиться?
— Пока нет, к сожалению. А может быть, и к счастью. Есть такое хорошее выражение: «Смена деятельности есть отдых». Я сменил деятельность и отдыхаю. Только вот отдых у меня получается изнурительным. Занимаюсь другими делами. Понятно, что живу новостями из команды. Понятно, что свои знания я продолжаю передавать и внимательно слежу за всем, что происходит. 

«Отпустить ребенка на свободу»

Семен Якубов после триумфального финиша «КАМАЗ-мастер» в ралли-рейде «Дакар-2011», где российские пилоты заняли первые четыре места © Александр Соловский, РИА Новости — Все ли решения нового руководителя команды вы принимаете? И не возникает ли у вас порой искушения вмешаться?
— Главное, чтобы изменения приносили пользу. В целом все традиции и принципы, которые были мною заложены, остались. А остальное может меняться, это нормально, ничего страшного здесь нет. Безусловно, когда возникают тенденции к ухудшению ситуации, я огорчаюсь. Знаете, я сравниваю это с воспитанием ребенка в семье: до старости его не водят за руку, так ведь? Наступает время, когда его отпускают на свободу и он сам определяет, где он хочет жить, с кем, как хочет себя вести. Какие-то рамки все равно присутствуют, безусловно. Не устанавливать их означает признаться, что тебе стало безразлично. Стать безразличным я не смогу.

Я много сил потратил на создание команды, мы преодолели серьезные трудности… В свое время над нами висела угроза закрытия команды. Было полное безденежье, когда полтора года мы просидели без зарплаты. Но люди не разошлись, а продолжали работать. 

Как-то Минтимер Шарипович Шаймиев был за рубежом на серьезной встрече, и, когда его спросили, где находится Татарстан, он упомянул КАМАЗ, и тут же раздалось восклицание: «А! “Париж — Дакар”, “КАМАЗ-мастер” — знаем, конечно!» Мне потом Минтимер Шарипович сам об этом рассказал, добавив: «Вот так, если бы вас не было, вас следовало бы придумать!»

Так что все, что было сделано и в плане создания команды, и для ее продвижения, было сделано правильно. И главное — люди правильные пришли в команду!

— Можно ли сказать, что, подбирая правильных людей, вы опирались на интуицию?
— Я бы в силу своей «скромности» сказал так: «Не можно, а нужно так говорить!» Я пришел в спорт уже хорошо подготовленным руководителем, прошел путь от мастера до директора. Работать начал еще школьником, в 16 лет возил на мотоцикле «Урал» начальника стройплощадки. В студенческие годы освоил профессию электромонтажника и во время каникул зарабатывал на строительстве высоковольтных линий неплохие деньги — за полтора летних месяца больше тысячи рублей. 

— Это были огромные деньги. Зарплата инженера в то время была около 100 рублей. Что же вы делали со своим богатством?
— Я брал его крепко в руку и отдавал маме, стипендии на мои мелкие расходы мне вполне хватало. Я за время работы на заводе встречался с тысячами людей. Опыт был колоссальный! Честно признаюсь, когда я разговариваю с незнакомым человеком, то уже вижу, готов ли я с ним вместе работать, готов ли он к этому. В работе, да и в жизни для меня главное — это порядочность человека. А на втором месте стоит его профессионализм. Что тоже важно и нужно, но в первую очередь — это все-таки порядочность!

Жизнь показывает, что порядочного человека, научив чему-то, можно брать в команду и быть в нем уверенным. А вот личность с гнильцой, какой бы это ни был специалист, в конце концов подведет. Этим принципом я руководствуюсь всю свою жизнь, и он меня ни разу не подвел. Каждый человек на что-то способен, нужно просто найти ту нишу, в которой он проявит себя лучше других, откроет все заложенные в нем возможности. В этом и состоит задача руководителя… Подбирать и огранять драгоценные камни — они получаются разными и по цвету, и по размеру, но все они дороги.

«Сто драгоценных камней»

Основатель команды «КАМАЗ-мастер» Семен Якубов с супругой Ольгой Якубовой © Пресс-служба команды «КАМАЗ-мастер» — Каким был ваш самый драгоценный камень?
— Я бы не стал никого называть — долго перечислять. Когда я уходил, в команде было сто человек — озвучить сто фамилий мне будет затруднительно.

Скажем, на десять тысяч квадратных метров у нас была одна уборщица — Ася. И все было идеально, все блестело. В коллективе ее все очень любили и уважали, старались не мусорить. Кто она, если не драгоценный камень?

— Вам не раз приходилось рисковать жизнью, но стоят ли автогонки этого риска? 
— Дело не столько в автогонках, сколько в желании добиться результата. Это везде так, но в спорте более ярко выражено. Особенно в профессиональном. Риск есть везде: и в хоккее, и в футболе, да и в шахматах можно инсульт заработать. Важно не перейти границу разумного риска, и выиграет тот, кто ближе к этой границе подберется. Чем больше опыта, мастерства — тем больше шансов не ошибиться. Вот эта борьба на грани возможного и привлекает людей в спорт. А наши победы в гонках, в которых мы участвовали, принесли огромную пользу и заводу, и республике, и нашей стране в целом. Они принесли пользу еще и потому, что патриотизм воспитывается в том числе и на выдающихся примерах. Это когда за оклад простого рабочего человек рискует жизнью для того, чтобы прославить свою страну. Это достойно уважения!

— Это скорее философия вашего поколения. Разделяют ли ее молодые гонщики?
— Мы их так воспитывали. Конечно, у них уже другие условия. Мы начинали с нуля, а они вошли сюда на наших плечах и не испытали тех трудностей, что выпали на нашу долю. Может быть, энтузиазма у нас было больше, но я вижу, что и у них он есть: они так же бросаются в бой, так же отдаются борьбе на дистанции, так же радуются победам. И патриотизм при этом тоже присутствует: когда они празднуют свои победы и поднимаются на крыши машин, то делают это с нашим, российским флагом. 

«Мы добились этого результата не благодаря, а вопреки»

— Россия исконно считается неавтомобильной страной. Как вам удалось изменить эту печальную ситуацию?
— Ситуацию в автомобилестроении страны мы не меняли. Это забота других специалистов. У нас было желание добиться спортивного результата. Стать лучше всех! Можно дойти до середины или начать и бросить, не справившись с трудностями, с сопротивлением. Ведь мы добились этого результата не благодаря, а вопреки. Конечно, ничего бы вообще не было без поддержки со стороны руководства завода. Николай Иванович Бех, генеральный директор, оказал нам колоссальную помощь. И это несмотря на наши неудачи первых лет. Хотя ему, скорее всего, говорили сверху, что это антиреклама, что этим заниматься не надо, что бороться с европейской автомобильной промышленностью бессмысленно. И она на самом деле была на несколько порядков выше. Мы тогда ездили на машинах, которые в Европе производили, может быть, двадцать-тридцать лет назад…

— А у нас они считались новыми? 
— Да. В нашей автомобильной промышленности ошибок действительно было очень много. И далеко за примерами ходить не надо. Когда КАМАЗ строили, конструкция автомобиля и конструкция двигателя для него были… Как бы помягче выразиться? Уже тогда это был прошлый век.

Когда на конвейер поставили КАМАЗ, это была новая машина со старыми решениями. В первый год выпуска около 100 тысяч изменений в нее было внесено нашими конструкторами! Машина была сырая. А это была гордость автомобилестроения в нашей стране. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы довести ее до приличного состояния, чтобы она могла нормально работать. 

В дальнейшем мы уже не отталкивались от тех наработок, которые существовали в автомобильной промышленности нашей страны, а создавали спортивную машину с чистого листа. Сами! К этому времени мы уже знали, каким должен быть гоночный грузовик. Для выступления на «Дакаре» он должен был обладать определенными качествами, и мы их уже изучили. Многие наши решения противоречили принципам разработки полноприводного автомобиля. Ну например, мы сделали раму из замкнутого профиля. По канонам вездеходов рама должна была изгибаться, чтобы колеса не отрывались от земли. Наша рама не гнулась совершенно! Кстати, впоследствии многие наши решения были приняты на главном конвейере завода. 

Команда «КАМАЗ-мастер» — победитель ралли «Дакар-2013» © Пресс-служба команды «КАМАЗ-мастер» — Это было исключительно ваше ноу-хау? Или все-таки имели место заимствования у конкурентов? 
— Наша первая машина не знала аналогов. На Западе, предположим, всегда ездили на легких моторах. Там считалось, чем легче мотор, тем легче ехать, но пески они порой не могли пройти, а мы, поставив тяжелый мотор, проходили. Коробку передач мы тоже поставили тяжелую, надежную, она не ломалась. Мосты сделали сами, и они тоже хорошо зарекомендовали себя. Кабину собирали вручную, внешне она напоминала камазовскую, но только «мордочкой». Да, это был прототип, но наши соперники тоже делали прототипы. Правда, они до неузнаваемости переделывали имеющиеся серийные образцы, а мы зашли с другой стороны, сделав машину сразу под условия гонок. В этом и было главное отличие подходов к подготовке техники между нами и нашими западными конкурентами.

Вообще, с точки зрения конструкции автомобиля мы ни разу серьезно не ошиблись, но все время двигались вперед. Наши разработки помогли нам создать и спецтехнику, которая сегодня работает в горячих точках! Спортивно-техническую базу «КАМАЗ-мастер», без сомнения, можно назвать лучшей в мире, такой базы, построить которую нам помог банк ВТБ, больше нет ни у одной команды. За разработку дизайна «дома» команды, дизайна и эргономики спортивного автомобиля, создание фирменного стиля команды, за дизайн ее актового зала моя супруга, Ольга Ивановна Якубова, получила Государственную премию и была награждена золотой медалью Российской академии художеств. Эту медаль, к слову, учредила еще Екатерина II. Людей, награжденных такой медалью, очень мало. Кстати, следы протектора на стенах — придуманная Олей фишка, которая стала нашей визитной карточкой… Мало кто знает, что фирменный стиль КАМАЗа и фирменный знак «Лошадка» разработаны тоже ею! Об этом, к сожалению, стараются не упоминать. А ведь она заслуженный художник России! Я бы сказал, что наш с Ольгой Ивановной вклад в команду был двумя половинками одного целого. Мне в этом смысле очень повезло: мы оба были увлечены, оба работали ради одного и того же, и я избежал той печальной участи, о которой пел Высоцкий: «Придешь домой — там ты сидишь». Ольга Ивановна Якубова — это не только дизайн центра, актового зала, одежды или автомобиля, у нее очень правильный взгляд на жизнь, молодым ребятам она помогала советами в самом начале их семейной жизни, знала всех их жен. Потому что когда молодой парень приходит с работы около полуночи домой и это продолжается семь дней в неделю, жене трудно такое принять. Оля помогала советами, ее присутствие в команде было для всех нас очень большой поддержкой. И для ребят, и для их жен. 

Она организовывала капустники — приходили с детьми, всей семьей, сами играли на сцене. Наш ансамбль «Вопли Дакара» — тоже ее выдумка, мэр города подарил инструменты, ребята и песни писали, и музыку. Очень хороший фото- и видеоархив, четыре книги о команде, пять книг о «Шелковом пути» — все это тоже Оля. 

— Вам посчастливилось избежать в жизни фатальных ошибок?
— Фатальных не было, потому что фатальная ошибка и закончиться должна фатально. Были ошибки в людях, но, может быть, всего несколько за четверть века, это естественный отсев. Если вдуматься, что от меня требовалось? Правильно организовать процесс. Ведь главная заслуга, предположим, Королева заключалась не в том, что он изобрел ракету, — ракету изобрели бы и без него. Он подобрал людей, он был настойчивым, уверенным, нередко очень неудобным для окружающих и для руководства, но он был настроен на достижение цели. И добился этого! 

Я своей поставленной когда-то цели стать лучшими в мире тоже добился, и мне за прожитую жизнь не должно быть стыдно. Есть, правда, один проект, который мне так и не удалось копнуть. Я знал, что он существует, но я не смог…

— Что же это?
— Организовать отдых! Для себя и своей семьи.

— До сих пор не копнули?
— Пытаюсь. Не получается. Я сейчас взялся за те дела, которыми не успевал заняться, пока много и напряженно работал. Наступило время заняться бытом. Пятнадцать лет, прожитых на даче, — это не совсем здорово, хотя… Дача стоит в лесу, и те недолгие часы, которые я там проводил, приезжая домой часто в темноте, уезжая еще затемно, были прекрасными…  Так что тема отдыха оказалась достаточно сложной. Опыта у меня здесь никакого нет! Приходится начинать сначала. И предыдущий опыт мне здесь не помощник. Из жизни я вынес только то, что отдых должен быть изнурительным. 


Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Спорт»
Материалы по теме

19 декабря 2016

Насколько хорошо вы разбираетесь в главном ралли-рейде планеты? Сможете ли вы отличить правдивые факты о «Дакаре» от вымысла? Ответить на эти вопросы поможет наш тест. «Дакар»: правда или вымысел?
Насколько хорошо вы разбираетесь в главном ралли-рейде планеты? Сможете ли вы отличить правдивые факты о «Дакаре» от вымысла? Ответить на эти вопросы поможет наш тест.

18 ноября 2016

Семикратный чемпион «Дакара» — о принципах, по которым он живет и добивается успеха Правила жизни Владимира Чагина
Семикратный чемпион «Дакара» — о принципах, по которым он живет и добивается успеха

22 июня 2016

Самый титулованный пилот России о том, что опаснее – ралли или охота на медведя «Пляжный отдых? Это не для меня!»
Самый титулованный пилот России о том, что опаснее – ралли или охота на медведя
Новости